Свет разрывает кадр, резко очерчивая контуры лица и линии шеи и плеч, но в фоне исчезая в глубокой тьме. LULLABY в тихом пространстве повествует историю с десятью кадрами света и тени, словно открывая пыльный сборник стихов. Она лениво опирается, кончиками пальцев слегка касаясь страниц, выражение лица колеблется между реальностью и воображением. Ткань нежна на ощупь, под резьбой света и тени струится смелый стиль, но мягкий темперамент, словно тихо напеваемая колыбельная, успокаивающая каждый шумный момент. Камера захватывает мгновение размышления, также являясь продолжением жизненного настроения, запечатлевая внутреннюю красоту женщины в нежном и близком взаимодействии света и тени.