Невольно мой взгляд привлекли разбросанные по траве бледные свет и тени. Глаза Мэн Саньсуй казались немного блуждающими, словно она погружена в созданную ею весеннюю фантазию. Подул ветер, и лепестки сакуры посыпались, как снег, шурша, вместе с рюкзаком на её плече, наушниками в ушах и телефоном, легко зажатым в руке, сплетая яркий силуэт юности. Более десятка застывших кадров - это не просто записи в дневнике, а о том мгновении, свежести, разлитой в воздухе, и чистоте, которую не хочется нарушать. Свет и тень танцевали на кончиках её волос и подоле одежды, очерчивая чистое лицо девушки и ту расслабленную свободу, свойственную только весне. То, что запечатлела камера, - это неоспоримая на снимке плёночная текстура с мелкой зернистостью.